Роман-фельетон «Пучина богемы». II часть, XXXV глава.

  Затем наш герой стал ездить в Петербург вместе с товарищами-поэтами – для выступлений в историческом заведении «Бивак паяцев», что на Мойке. Компания предпринимателей-энтузиастов отремонтировала подвал, в котором одноименный кабачок располагался в начале XX века, сделала дизайн того времени и для полноты стилизации решила пригласить для дачи поэзоконцертов «наиболее реакционное литературное течение современности» (подлинная фраза с афиш Сообщества). Так вот и получилось, что поэт Жизнев выступал там же, где выступали Блок, Гумилев, Мандельштам, Ахматова, Зенкевич и многие другие. Нельзя сказать, чтобы Жизнева это как-то особенно волновало – цену себе он знал. Однако флюиды поэтической солидарности в зале, несомненно, витали и не позволяли ударить в грязь лицом. Эту солидарность ощущал и Сложнов, говоривший самоуверенно: «Чего волноваться? Скоро двадцать лет как сцену топчем». Сообщество идеально вписалось в антураж Серебряного века и в то настроение, с которым пришла послушать поэтов избранная питерская публика. Успех оказался столь полным, что после каждого концерта поэтов долго накачивали французским вином и затем развозили по квартирам – летом раньше из-за разведения мостов, зимой – позже. Поэты, конечно, могли, не ночуя в Питере, из «Бивака» сразу отправляться на вокзал, но поступать столь бескрыло им не хотелось. А хотелось им в Питере многого – многое и удалось.

ЧИТАТЬ ДАЛЕЕ >>>

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

*